Петручо (mpetrucho) wrote,
Петручо
mpetrucho

Отрывок из книги «Файф-о-клок на траве» о вечно недовольных людях

Не так давно мне на глаза попалась книга «Файф-о-клок на траве», написанная британским писателем и журналистом Стюартом Макоуни, известным по публикациям в газетах The Times и The Guardian, журналах Elle и GQ. Произведение посвящено традициям и ценностям Средней Англии, на поиски которых и отправляется автор. В одной из глав Макоуни рассуждает о всем недовольных людях, по местной легенде населяющих городок Танбридж-Уэллс.

Ройал-Танбридж-Уэллс уникален. Насколько могу судить, это единственный город в мире, который ассоциируется с эмоцией. Блэкпул известен своей башней, Экклз славится слойками, а Аскот мы знаем благодаря скачкам. Честерфилд знаменит искривленным шпилем церкви, Стилтон — пахучим сыром. Но лишь один-единственный город получил известность — пусть даже со знаком «минус» — из-за черты характера, которую молва приписывает его жителям, и город этот — Танбридж-Уэллс.

Возможно, горожане не очень-то возражали, если бы славились своей щедростью или беспутством, остроумием, храбростью или общительностью. Наверное, не было бы особых возражений, даже войди они в легенду как люди, в большинстве своем пугливые, рассеянные или непонятливые. Но нет. Притчей во языцех жители Танбридж-Уэллса стали из-за приписываемой им узколобой провинциальной ограниченности, из-за закоснелого консерватизма, тупости, фанатизма и обидчивости.

«Недовольный из Танбридж-Уэллса» — эта характеристика в той же мере национальный символ, что и Джон Буль или Боудикка, и он, оскорбленный, бессвязно изливающий свое негодование, — полная противоположность той горсточке счастливцев и того счастливого народа, который восхваляли Шекспир и Ноэл Кауард. Неужели это верно? И если дело обстоит именно так, то разве мир не становится все больше похожим на Танбридж-Уэллс?

В 1993 году Роберт Хьюз, австралийский журналист, пишущий о вопросах культуры, опубликовал книгу «Культура недовольства», в которой не пожалел ярких красок, обратив внимание на весьма заметную и неприятную болезнь современного общества: явное стремление обвинить во всех бедах кого-то другого. Свои теории он основывал на примере Америки, но это явление имеет глобальный характер, и кое-кто в своих диагнозах отмечал, что заболевание это вполне британское, даже среднеанглийское. И хотя книга Хьюза отчасти подвергает критике идею политкорректности, в чем сердитые полковники, возможно, готовы увидеть призывный боевой клич, она также разражается тирадой, направленной против нытиков.

Прежде лозунгом для Средней Англии были стоицизм и слова «нельзя ворчать», а теперь кажется, что во всех наших неприятностях, во всем, что огорчает нас, даже доставляет неудобства и вызывает неудовольствие — начиная с погоды и настырных телефонных звонков с предложениями что-то купить и кончая не понравившимися нам радиопрограммами, — во всем всегда кто-то виноват. Учителя, правительство, поп-группы, футболисты — у нас всегда найдется виновный. И кто-то где-то должен заплатить за сам факт того, что мир не таков, каким мы хотели бы его видеть. Когда-то мы с этим справились. Может, переключили каналы, может, хорошенько обо всем поразмыслили, а возможно, поднабрались терпения или самообладания. Теперь же мы хотим, чтобы что-то сделал кто-то другой, да побыстрее. Кого-то стоило бы погнать с работы, кого-то следует взгреть, кто-то должен извиниться. Извинений мы, разумеется, не примем, сложим руки на груди и заткнем уши.

Если назвать подобное отношение брюзжанием, мы сгладим остроту, выставив все в безобидном, даже смешном свете. А если вспомнить, как зовут одного из семи гномов, то выглядеть будет и вовсе забавно. Воображение сразу рисует образы Рика Уэйкмана или Артура Смита, жалующихся на мелодии мобильных телефонов или колл-центры, а вовсе не реакционные или лицемерные речи о геях, или о правах рабочих, или об искусстве, которое нам не нравится или непонятно.

В прошлом мы, после того как люфтваффе разрушило наши дома, после того как кто-то из нас потерял ногу или наша команда проиграла финал кубка, в ответ на брюзжание подобных нытиков говорили одно: «Не ворчать!». Теперь же нашим девизом стало: «Ворчать всегда». Стоило бы чеканить эти слова на монетах. Фонограмма нашей жизни превращается в немелодичный хоровой скулеж, в детское надоедливое нытье, в осуждение, рядящееся в одежды здравого смысла. Подобно детям, мы становимся чудовищно эгоистичны. Как отмечает Хьюз: «Свое «я» теперь стало священной коровой. Самоуважение — священно и неприкосновенно…».
Tags: англия, литература, эмоции
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments